3500 км по Индии на трех колесах

Город Джайсалмер торчит посреди пустыни Тар, словно грязный айсберг. Вокруг него бродят стада диких верблюдов. Пустынный город, чуть ли не целиком сложенный из песчаника, расположился в часе езды от пакистанской границы. Он давно выплеснулся за пределы старой крепости, которой больше 850 лет. В ее стенах, в центре города, сегодня живут 4000 человек.

В этот день в январе улицы Джайсал-мера полны разгоряченных молодых иностранцев. Парни и девушки обливаются потом в своих безумных карнавальных костюмах. Местные зазывалы изо всех сил пытаются залучить их в свои торговые палатки, но тщетно. Этих ребят не интересуют местные достопримечательности и сувенирные безделушки. Они здесь исключительно ради гонки.

Собственно, как и я. Я не непосредственный участник гонки — я ищу, кому бы составить компанию. Этот плавящийся на солнце город — начальный пункт Гонки рикш, отчаянного и опасного путешествия длиной в3500 км. Участникам предстоит пересечь всю западную часть второй по численности населения страны мира. Средства передвижения -убогие трехколесные повозки с хилыми и ненадежными движками от газонокосилок мощностью в жалкие7 л.с. Ради этого сюда прилетели восемьдесят экипажей — из Норвегии, Тайваня, Филиппин, Новой Зеландии, Италии, Ирландии, Бельгии, США. Больше всего участников из Великобритании и Австралии. Мне нужно найти возможность отправиться в путь с любой командой, которая согласится принять меня на борт.

Ярко раскрашенные экипажи выстроились для старта на детской площадке. И атмосфера здесь совсем не такая, как на «Формуле-1». Участники отчетливо понимают: по прочности их тук-туки примерно соответствуют детским самолетикам, которые начинают нервно покачивать крыльями, если опустить в них монетку. Приезжие спортсмены, заказавшие оформление своих повозок у дизайнеров, с интересом смотрят на вольные художественные формы, созданные местными ваятелями. Это обязательный ритуал. Дело в том, что традиция украшать тук-туки родилась практически одновременно с появлением в Юго-Восточной Азии самих тук-туков. Их владельцы разрисовывают масляными красками корпус повозок или брезентовую крышу такой дешевый способ кастомизации. Рисуют пейзажи, портреты, зверей, птиц — в общем, все, что взбредет в голову. Вот и сейчас трое пухлощеких норвежских подростков, нарисованных на борту повозки, выглядят крепышами. Австралийцы разукрасили свой транспорт головокружительными разводами, в центре этой мазни -портрет Рика Джеймса, причем парящий в пространстве музыкант выглядит прилично поддатым.

После презентации транспортных средств стартуют тренировочные заезды -вот где начинается настоящая жесть. Тук-туки поднимают в воздух тонны песка, пока водители проходят краткий курс подготовки. Оказывается, завести агрегат, дернув за торчащий снизу рычаг, и не сломать при этом руку не так-то просто. Отчаянно втыкая первую передачу, повозки из последних сил месят теплую грязь, то и дело глохнут, буксуют, врезаются в зрителей. Усугубляют весь этот хаос торгаши — они ловко лавируют между тук-туками, держа в руках огромные подносы с пивом. Цены на пенный напиток запредельные.

Я же решаю, кому сесть на хвост. Тем временем американки привлекают внимание местного полисмена: тот останавливает их за нарушение какого-то из местных правил движения. Страж порядка даже угрожает запретить гонку, но после напряженных переговоров, в результате которых копу дают взятку — новенький ноутбук, добро получено!

Организатор Гонки рикш, компания The Adventurists, честно предупреждает: «Пусть веселые картинки на нашем сайте не вводят вас в заблуждение. Это не карнавал, а серьезное приключение, во время которого вы можете получить травму или даже погибнуть. Такое у нас уже случалось». Как ни странно, это срабатывает — сюда едут толпы, но это толпы тех, кого уже не возбуждают евротуры с рюкзаком за спиной или предзакатные посиделки на Средиземноморье с бокалом розе. «Я предлагаю людям проверить себя на прочность, проехав через всю Индию на транспорте, абсолютно для этого не приспособленном. Согласитесь, это лучше, чем плескаться в бассейне и жрать в ресторанах», — говорит основатель The Adventurists Том Морган, который наряду с Гонкой рикш проводит ралли на полугнилых машинах по Монголии, дерби верхом на лошадях протяженностью1000 кмтам же, в Монголии, по знаменитому маршруту Чингисхана, а также совершенно дикие экспедиции в зимней сибирской тайге. «Я люблю приключения с детства. В12 лет я построил деревянный аэроплан, чтобы летать над джунглями. Позже налегке отправился путешествовать в Африку; в Зимбабве меня ограбили, а в Мозамбике арестовали. Тогда-то я понял, что самый большой кайф я получаю, когда начинаются настоящие проблемы».

Тем временем коллега Тома проводит весьма поверхностный инструктаж, напоминает о необходимости медицинской страховки на случай ЧП и перечисляет зоны вооруженных конфликтов, которые стоит объезжать стороной. Только его никто не слушает — сложно, когда алкоголь с утра льется рекой. Мордатые ирландцы плещутся в ледяном бассейне отеля, новозеландцы бреют всем желающим головы, а австралийцы рисуют татуировки хной на лицах соотечественников.

Вообще среди желающих заплатить $2500 за право прокатиться по Индии на трехколесной развалюхе попадаются самые разные персонажи. Я встретил среди них швейцарских полицейских, директора по маркетингу автодрома в Индианаполисе, тренера мексиканской олимпийской сборной по сноуборду. Были здесь и девушки-близнецы с папашей, не расстававшимся с косяком и своей ковбойской шляпой, и братья, которые услышали от своей подруги из Белиза, как в прошлом году ее прямо на Гонке ограбили местные гопники, и решили, что это развлечение как раз для них. Была и англичанка средних лет, мать четверых детей; когда я спросил, зачем ей это нужно, она рубанула в ответ, что семейная жизнь со старпером мужем ей давно уже осточертела.

Я же все еще пытаюсь пристроиться в какую-нибудь команду. Наконец-то мне везет. «Мы особенные, — бравирует Фрэнк, один из тех самых братьев-смельчаков. — Я работаю менеджером проектов в IBM, мой младший брат -бармен с Нантакета, а наш чокнутый папаша служит помощником юриста. Надеемся, он переживет эту гонку».

Тощий, как спичка, под метр девяносто ростом, сутулый Фрэнк совсем не похож на своего брата. Джо — бездельник, отсидевший два года в федеральной тюрьме за многочисленные угоны авто. Джо недавно вернулся из путешествия по Пакистану и решил присоединиться к брату и их отцу, Фрэнку-старшему. Отец, этакий кряхтящий сицилийский дон со скрипучим голосом, одевается, будто собрался не в тяжелый путь, а на поле для гольфа, и все время цитирует Боба Дилана.

Присоединившись к их команде, которая называется «Мартышка», я влезаю в трехколесный оранжевый тук-тук, капот которого почему-то украшен изображением младенца. Обезьяна определенно была бы уместнее. Мы ждем старта — однако через час, не дождавшись окончания торжественной церемонии открытия гонки, выясняем, что у нас закончился бензин. Какой-то седовласый француз дарит нам лишнюю канистру — и вот наш экипаж уже дребезжит по дороге, поднимая клубы пыли, с трудом справляясь с боковым ветром и уворачиваясь от домашней скотины.

Матерый Джо неожиданно оказывается добрым малым. На второй день пути мы видим на обочине заглохший тук-тук норвежцев, и он тут же останавливается, чтобы помочь коллегам починить карбюратор. Через несколько километров мы встречаем другой сломавшийся экипаж — из-за плохого топлива у повозки засорился бензопровод, и вот Джо, уже перепачканный в машинном масле, разбирает и собирает какие-то детали.

Фрэнк то и дело нервно поглядывает на экран смартфона, следя за временем и выискивая на карте отели. Других готовность Джо бескорыстно помогать собратьям в ремонте колымаги, возможно, и восхищает, но мы из-за него едем слишком медленно, и в какой-то момент это выводит Фрэнка из себя. «Какого черта ты взялся всем помогать? -упрекает он брата. — Почитай блоги -уже куча команд обошла нас!»

Мы замечаем, что Гонка рикш привлекает немало внимания. Мужики, укутанные в одеяла песочного цвета, глазеют на невиданное зрелище: безумные белые люди, в том числе женщины в откровенных одеждах, мчат на тук-туках, разукрашенных во все цвета радуги, подскакивая на «лежачих полицейских» и оглашая окрестности звуками Hotel California, дребезжащими из динамиков.

Несколько дней спустя, когда мы едем в30 кмюжнее Ахмадабада, вдруг где-то под днищем раздается резкий скрежет — и правое заднее колесо прощается с нами. Тук-тук, громыхавший по шоссе со скоростью40 км/чв крайнем правом ряду, рвется влево через три ряда, проскакивает между двумя фурами в миллиметрах от столкновения и резко останавливается на обочине. Покореженная задняя ось, вырванная из своего гнезда, валяется на земле — она похожа на оторванную ногу. Сегодня наша железная погремушка уже явно не тронется с места. Тем временем скоро на дорогу спустится ночь.

Нас постепенно окружает толпа зевак. Среди них — подросток лет пятнадцати с усиками. Он предлагает помочь, но Джо отгоняет его от машины. Общение с местными -большая проблема в Индии, население которой говорит на полутора тысячах языков и диалектов. Но через несколько минут активного общения с помощью жестов наш новый знакомый уже ползает под тук-туком и объясняет Джо, как отремонтировать покрытую грязью ось. После он бежит в ближайший магазин запчастей — к счастью, еще открытый -и возвращается с нужными деталями. Ось мы ставим уже при свете экрана смартфона. Джо дает парнишке пятьсот рупий, и мы все фотографируемся на память.

За исключением этого эпизода, мы избегаем контактов с местными. Джо не слишком доверяет здешним механикам, а Фрэнк-младший предпочитает узнавать о местонахождении ближайших отелей и сверяться с маршрутом на смартфоне. Это меня не радует, поэтому я прошу ребят высадить меня в Мумбае. Я уверен, что в этом городе, одном из самых оживленных и густонаселенных на планете, я непременно найду новых попутчиков.

Главный стимул, помогающий пережить весь этот ад — притом что вы согласились на него по собственной воле и за свои деньги, — перспектива добраться до Гоа, где все участники гонки собираются устроить общую тусовку. Но если заманить толпу иностранцев — любителей острых ощущений ради поездки на тук-туках по Индии реально, то среди местных таких дураков нет. Настоящие рикши на просьбу отвезти меня на600 кмк югу, на Гоа, ржут в голос: «Это невозможно. На тук-туке не ездят по горам. Поезжай-ка ты лучше на поезде». Три часа недоумевающие индусы возмущенно доказывают, что этот транспорт не подходит для моей поездки. Я пытаюсь объяснить, что я -чокнутый любитель приключений и наряду с восьмьюдесятью такими же идиотами пытаюсь добраться от Джайсалмера до Кочи именно на трехколесной повозке.

«Ты либо сумасшедший, либо что-то путаешь», — трое высоких индусов, одетых как обычные клерки, пьют в уличном кафе местный чай с молоком и специями. Поначалу они, как и все вокруг, смеются надо мной. Но затем один из них, Раджеш, угощает меня чаем и просит пройти за ним.

Он ведет меня через промзону, какими-то закоулками, по хилым деревянным мосткам и металлическим лестницам… Мы спускаемся на платформу, и он вталкивает меня в поезд. В вагоне, рассчитанном на 188 пассажиров, едет более 500 человек, то есть 16 пассажиров на квадратный метр-для Индии это обычное дело.

Когда Раджеш рассказывает о моем путешествии соседям по вагону, те только хихикают. «Зачем ты ввязался во все это?» — спрашивает Раджеш. «Потому что это единственная возможность испытать это на себе», -объясняю я. Мой проводник долго молчит, а потом вдруг кивает: «Я тебя понимаю. Это тяжело, и потому я тобой восхищаюсь».

Когда я добираюсь до Панвела, часы показывают уже девять вечера. Вокруг меня крутятся владельцы импровизированных таксопарков рикш и возничие — десятка два молодых парней. Раджеш выступает моим посредником в переговорах -помогает посчитать расстояние, расход бензина и сколько все это будет стоить. В итоге мы договариваемся с Салманом. Ему едва за двадцать. Он приплясывает от радости, ведь за этот вечер он заработает куда больше жалкой горсти меди! В пару себе Салман на всякий случай берет еще одного рикшу, Мохаммеда. Вскоре экипаж готов к отправлению: на тук-туке горят синие огни, а сбоку торчит гудок — точнее сказать, рупор размером с хороший тромбон.

Выезжая из города, я отчего-то твердо верю, что рано или поздно доберусь до Гоа. Но вскоре моя уверенность начинает испаряться: только на развязке при выезде на скоростную трассу мы ухитряемся встать трижды. В конце концов моим извозчикам приходится вызвать приятеля, который прочищает карбюратор. Однако мое беспокойство только усиливается, ведь наш путь пролегает по дороге, прозванной дорогой смерти: шоссе NH-17 -скоростная трасса, соединяющая Мумбай и Гоа. Только в 2012 году на ней произошло 1117 аварий, в которых погибли 193 и получили травмы 1290 человек. И это лишь официальная статистика.

Ночь. В простеньком телефоне Мохаммеда записана только одна песня — Dangerous Майкла Джексона. «Какая ирония судьбы!» — думаю я. Мохаммед слушает ее на повторе, чтобы не уснуть. Когда терпеть ее уже нет сил, он, тряся головой, начинает громко петь на хинди. Мы с Салманом кутаемся в тонкий саронг, спасаясь от холода. Я знаю, что по этой трассе протяженностью450 кмкаждый день проходит около 50 тысяч машин. Местные полицейские, большие любители мзды, стоят на шоссе лишь с 8 до 20 часов. Большинство аварий случаются здесь глубокой ночью, когда водителей клонит в сон, но они продолжают давить на газ. На часах 3.26, я засыпаю — и чуть было не вываливаюсь на ходу. Наш экипаж по-прежнему летит в кромешной темноте по самой опасной из индийских федеральных трасс. Гоа все ближе.

Едва я ступаю на мелкий песок фантастического пляжа Палолем, меня шумно приветствуют участники Гонки рикш из Австралии, Новой Зеландии и Великобритании. Они приветственно вопят и призывно размахивают бутылками с пивом. Преодолев самый тяжелый участок пути, они готовы отпраздновать это с масштабом.

Все вокруг обсуждают новозеландскую команду, которая сбила овцу, перебегавшую дорогу прямо перед тук-туком. Парни не только здорово помяли машину, но и задолжали местному фермеру. Два экипажа были приглашены на традиционную индийскую свадебную церемонию. Одна из них проходила в специальном павильоне, поразившем гостей богатством убранства, другая -в подземном переходе под шоссе. Компания американских студентов по незнанию остановилась переночевать в борделе,а американо-бельгийская парочка провела ночь в больнице, не сумев найти отель. «Мы встретили кучу классных людей, — рассказывает мне один канадец. — Чего с нами только не было! Пьяные байкеры угощали нас каким-то самодельным бухлом прямо на дороге. И собаки на нас нападали, и местные нас в храм затащили — очень уж хотели благословить».

На следующий этап я еду с новозеландцами — теми самыми овцеубийцами. Два дня мы тащимся вдоль плантаций кокосовых пальм -кажется, что время замерло, а этим

зарослям нет конца. Можно было бы сдохнуть от жары и от скуки, но компания подобралась веселая: мы часами обсуждаем кино, религию и наши любимые группы 1990-х. Врубив «роллингов», мы громко подпеваем. «Рок forever!» — во весь голос орет один из «певцов», заглушая грохот нашего тук-тука.

В последний день гонки я добираюсь к финишу уже в компании двух любителей травки из Австралии -Натана и Хайдена. Один — архитектор, другой — механик, специалист по дизелям. Кажется, это самая неподготовленная команда из тех, с кем мне пришлось столкнуться. Они едут с одной лишь картой, без каких-либо гаджетов, которые могли бы помочь в пути. Чтобы сориентироваться на местности, они съезжают на обочину и выкрикивают название пункта назначения. Из многочисленных советов, которые им наперебой дают местные жители, они выбирают то, что кажется наиболее логичным, и решительно рулят в этом направлении. Они просыпаются позже всех, обедают дольше всех, но каким-то чудом успешно двигаются по маршруту.

В середине пути они умудрились потеряться в каком-то городишке, где иностранцев не видели с начала времен. Местные тут же отрядили троих мальчишек искать ключи от единственного в городе отеля. Вскоре об их приезде знало все поселение. Местные жители в полном составе глазели, как обедают заезжие гости, и до хрипоты спорили друг с другом, что же еще подать на стол.

За30 кмдо финиша у нас вылетает карбюратор. Хайден приматывает его на место изолентой — и мы кое-как переползаем финишную черту вместе с группой других участников. На лицах -облегчение.

Тук-туки, большинство из которых давно пора отправить на заслуженный отдых, еле живы, участники тоже, но немного сил, очевидно, еще осталось. Пары — давно знакомые друг с другом, да и незнакомые тоже — уединяются в бунгало, а то и прямо в кустах. Вскоре они возвращаются, поправляя новые индийские наряды. Бутылки и косяки идут по кругу, рассказы о путешествии не умолкают.

Несколько экипажей случайно присоединились к полицейскому эскорту, сопровождавшему машину премьер-министра. Некоторых остановили местные — сфотографироваться на память, ну и развести на деньги -без взятки здесь не обходится даже самое безобидное общение со слугами закона. Братья, что на тук-туке с Риком Джеймсом, попали на страницы местной прессы — какая-то газетенка опубликовала интервью с ними. Одна англичанка лоб в лоб столкнулась со встречной машиной, вылетела на дорогу через лобовое стекло и при этом чудом не пострадала. Второй участник ДТП оказался человеком не только порядочным, но и мастеровитым — за несколько часов он кое-как починил ее транспорт, и дама продолжила путь.

Организаторы явно довольны. «Вы сами решаете, каким будет ваше путешествие: скучным, веселым или фатальным, — говорят они. — Наша задача — всего лишь погрузить вас в этот безумный индийский хаос».